» » Ликвидация: как женщины-разведчики «убрали» гауляйтера Белоруссии. Биография Как становятся диверсантами

Ликвидация: как женщины-разведчики «убрали» гауляйтера Белоруссии. Биография Как становятся диверсантами

Будущий генеральный комиссар Белоруссии Вильгельм Кубе родился в 1887 году, изучал историю и общественные науки в Берлинском университете, по профессии был журналистом. В 1919 году он вступил в крайне правую Немецкую национальную народную партию (НННП), создал и возглавил здесь молодёжную организацию - «Молодёжь Бисмарка». Но в 1923 году Кубе, по характеру человек склочный и неуживчивый, со скандалом был выкинут из рядов партии, после чего перешёл в ещё более правую Немецкую народную партию свободы (ННПС). От неё в 1924 году Кубе был избран в рейхстаг. В пору подъёма НСДАП Кубе вместе с большинством лидеров и депутатов ННПС перешёл к Гитлеру и с 1928-го по 1933 год был депутатом и председателем фракции в прусском ландтаге. Кроме того, с 1928 года он занимал пост гауляйтера провинции Остмарк. Как один из руководителей правого крыла НСДАП, Кубе не раз критиковал Гитлера за сотрудничество с коммунистами. Впрочем, это не помешало ему после прихода нацистов к власти стать обер-президентом провинции Бранденбург, а с 1936 года гауляйтером Курмарка.

Однако в 1936 году карьере Кубе едва не пришёл конец - его разоблачили как анонимщика. Он заявил, что тесть Мартина Бормана женат на еврейке. В результате Кубе лишился всех своих должностей, оставаясь, правда, депутатом рейхстага. В конце концов ему удалось вернуть расположение руководства, и 17 июля 1941 года он был назначен генеральным комиссаром Белоруссии.

Став комиссаром Белоруссии, Кубе с первых же дней своего правления начал проводить политику уничтожения «неполноценных» славянских и иных народов. В рапорте рейхскомиссару Остланда Лозе от 31 июля 1942 года он писал: «В исключительно деловом сотрудничестве с бригадефюрером СС Ценнером и особенно руководителем СД оберштурмбаннфюрером СС Штраухом в последние десять недель мы ликвидировали в Белоруссии 55 тысяч евреев. В Минской области еврейство полностью истреблено, без нанесения какого-либо ущерба рабочей силе. В преимущественно польском Лидском округе уничтожено 16 тысяч евреев, в Слониме - 8 тысяч евреев».

Подобная деятельность Кубе вызвала негодование всего населения Белоруссии, и кровавый гауляйтер был приговорён к смерти. Приказ привести приговор в исполнение получили все действующие в Белоруссии командиры партизанских и разведывательно-диверсионных отрядов НКВД и ГРУ. Однако долгое время ликвидировать Кубе не удавалось. Так, 22 июля 1943 года минские подпольщики заложили взрывное устройство в одном из театров Минска. В результате теракта было убито 70 и ранено 110 немецких солдат и офицеров. Однако Кубе покинул театр за несколько минут до взрыва и остался жив. В начале августа 1943 года разведгруппа Козлова из спецотряда НКВД «Местные» (командир - Ваупшасов) устроила засаду на южной окраине Минска, на шоссе Минск - Локшица. По этому шоссе Кубе часто ездил в одну из своих загородных резиденций, расположенную в совхозе Локшица. Разведчики в течение нескольких суток пытались подстеречь его на дороге, но машина Кубе так и не появилась.

В конце августа 1943 года Ваупшасов получил сведения, что на 6 сентября в Минске назначен большой банкет и направил в город группу диверсантов. Непосредственными исполнителями акции были Капитолина Гульева и Ульяна Козлова. Девушки работали официантками в столовой СД, находившейся в бывшем здании историко-филологического факультета Минского университета. Именно здесь должен был состояться банкет. В ночь на 6 сентября Гульевой и Козловой передали 15 кг тола и мину с часовым механизмом. Всё это девушки заложили в кадку с пальмой, стоявшую в обеденном зале. Как и было намечено, взрыв раздался вечером 6 сентября в самый разгар празднования. В результате погибло 16 и было ранено 32 офицера, но сам Кубе на банкете так и не появился.

Чуть позже подпольная группа Мурашко по заданию Ваупшасова организовала взрыв в офицерском ресторане-казино на Советской улице, где, по некоторым сведениям, мог появиться Кубе. Как и в прошлый раз, исполнительницей акции стала женщина - подпольщица Раиса Волчек, работавшая в ресторане официанткой. Она заложила мину в платяной шкаф для персонала, стоявший в главном зале. В результате взрыва погибло, по одним данным, 22, по другим - 36 высокопоставленных фашистских чиновников, но Кубе среди них не оказалось.

Несмотря на многократные попытки сотрудников НКВД организовать убийство Кубе, ликвидировать Кубе удалось военным разведчикам - бойцам спецотряда ГРУ «Дима», которым командовал Давид Кеймах. Руководство операцией осуществляли заместитель командира отряда по разведке Герой Советского Союза майор Николай Фёдоров и комиссар отряда Харитон Хатагов.

Непосредственным исполнителем акции возмездия стала Елена Мазаник (близкие люди и знакомые называли её Галиной). Она родилась 4 апреля 1914 года в деревне Поддегтярная Пуховического района Минской области в семье крестьянина. В 1928 году, окончив сельскую школу, перебралась в Минск. Была домработницей, уборщицей, официанткой в столовой Совнаркома Белоруссии. Позднее вышла замуж за работника НКВД и в 1938 году перешла на работу в столовую ЦК КП(б) Белоруссии. В начале войны муж Мазаник был эвакуирован вместе с другими работниками НКВД, но ей самой не удалось выехать из Белоруссии, и женщина осталась в Минске. Чтобы не умереть с голода, она первое время работала прачкой в немецких воинских частях, а в декабре 1941 года сумела устроиться кухонной работницей в казино при генеральном комиссариате. Одновременно Мазаник убирала квартиру адъютанта Кубе Виленштейна, который рекомендовал её своему шефу в качестве горничной.

Особняк Кубе располагался в центре Минска, на улице Энгельса, в глубине сада. Первый этаж был отведён под кухню, прачечную и хозяйственные службы. На втором этаже находились спальня Кубе, столовая, ванная и три детских комнаты. На третьем этаже - кабинет Кубе, комната его жены Аниты, гостиная, две комнаты адъютанта и две комнаты для гостей. Галина Мазаник убирала третий этаж. Перед приёмом на работу она дала присягу на верность рейху и фюреру, а также обязалась сообщать немецким властям о любых проявлениях антигерманских настроений и не разглашать того, что узнает на службе. В особняке Кубе её звали Гросс Галина (Большая Галина), так как в числе прислуги была и другая Галина - по фамилии Вигал, которую звали Кляйн Галина (Маленькая Галина).

Жена сотрудника НКВД, работавшая в особняке Кубе, привлекла к себе внимание действовавших в районе Минска партизан и спецгрупп НКВД и ГРУ. Первой летом 1943 года на Мазаник вышла Надежда Троян - минский резидент разведотдела партизанского отряда «Буря» 4-й партизанской бригады «Дядя Коля» (командир - капитан госбезопасности Лопатин). Позже Мазаник вспоминала: «Надя сразу сказала, что она из партизанского отряда и пришла предложить мне задание - убить Кубе. „Согласна ли ты на это?“ - спросила она. Я тут же дала согласие, хотя и не была уверена, что Надя действительно пришла от партизан». Однако через некоторое время, испугавшись, что Троян могла быть агентом СД, Мазаник прекратила с ней всякие контакты.

Убедить Галину принять участие в ликвидации Кубе удалось другой разведчице - Марии Осиповой. Она родилась 27 декабря 1908 года в посёлке Серковицы Талочинского района Витебской области в семье рабочего. В 20 лет вступила в партию, закончила Минский юридический институт, после чего была назначена членом Верховного суда Белоруссии. Когда началась война и оккупация Белоруссии стала реальностью, Осипова в числе других членов партии была оставлена в Минске для организации подполья. Первое время она работала на стекольном заводе «Октябрь». Осипова была связана с несколькими партизанскими отрядами, но с осени 1942 года работала главным образом в интересах отряда ГРУ «Дима», где проходила под псевдонимами Чёрная и Цапля. Именно от командира отряда Кеймаха летом 1943 года она и получила задание найти человека, который смог бы выполнить приказ Москвы ликвидировать Кубе.

Через членов минского подполья Георгия Куликова, музыканта театрального оркестра, и Николая Похлебаева, директора кинотеатра, Осиповой удалось выйти на сестру Мазаник - Валентину Шуцкую, работавшую официанткой в казино, а через неё - на саму Мазаник.

Подозрения Мазаник были вполне оправданны. Зная, что СД имеет разветвлённую агентуру среди местного населения, она боялась провокации со стороны немецких спецслужб. На встрече 14 сентября Осипова и Мазаник договорились ликвидировать Кубе с помощью мины. Её было решено подложить в кровать Кубе, под матрац. С риском для жизни Осипова доставила мину из отряда к себе на квартиру и 20 сентября передала Мазаник. 21 сентября 1943 года в 2 часа ночи Мазаник и Шуцкая включили часовой механизм. Утром Галине удалось пронести мину в особняк и, обманув убиравшую спальню Кубе горничную, подложить взрывчатку под матрац, у изголовья кровати.

Около 11 часов утра Мазаник, заявив офицеру охраны, что идёт с разрешения Кубе к зубному врачу, покинула особняк и отправилась к Театру оперы и балета, где её ждали Осипова, Шуцкая и Николай Фурс, шофёр кинотеатра. Он немедленно вывез женщин в деревню Паперня, откуда они направились в деревню Янушевичи, где их ждала подвода, высланная Фёдоровым. А к вечеру Мазаник, Осипова, Шуцкая, её муж, мать и двое детей уже находились в расположении отряда Кеймаха.

Ночью 22 сентября 1943 года, через 20 минут после того как Кубе лёг в постель, взрыватель мины сработал. В «Заключении особой комиссии о покушении на генерального комиссара Кубе» последствия взрыва описаны следующим образом: «В ночь на 22 сентября 1943 года, в 0.40, в спальне генерального комиссара и гауляйтера Вильгельма Кубе взорвалась мина, причём у Кубе взрывом была вырвана левая часть груди и оторвана левая рука. Ранения, безусловно, были смертельны. Его труп в полуобгоревшем состоянии был извлечён из загоревшейся спальни поднятой по тревоге охраной и чиновниками генерального комиссариата. Лежавшая рядом с ним жена, Анита Кубе, урождённая Линденколь, находившаяся на восьмом месяце беременности, не пострадала и отделалась нервным шоком. Его трое детей, которые спали в другой комнате, отделённой от спальни ванной комнатой, также не пострадали. Силой взрыва оборудование спальной комнаты почти полностью искалечено. Находящийся в Минске по ул. Театральной, № 27, жилой дом, примыкающий непосредственно к зданию генерального комиссариата, внешне остался неповреждённым».

Для выяснения обстоятельств убийства по распоряжению обергруппенфюрера СС Курта фон Готтберга, преемника Кубе, была создана особая комиссия. Немцам также удалось схватить не успевших скрыться участников операции: Николая Дрозда, его жену Елену и дочь Регину, подпольщиков Николая Похлебаева и Марию Грибовскую. Все они погибли. Кроме того, по приказу фон Готтберга был оцеплен городской квартал, в котором жила Мазаник, а белорусские «добровольные помощники» схватили 300 мужчин, женщин и детей и расстреляли их. Это было возмездие за покушение на Кубе. О расстреле было извещено публично. Похороны Кубе, которого Гитлер посмертно наградил Рыцарским крестом с мечами, состоялись 25 сентября 1943 года в Минске.

Надо отметить, что недоверчивость Москвы была вполне оправданной. Дело в том, что некоторые из партизанских командиров доложили в Москву, что именно их агенты ликвидировали Кубе. Так, начальник особого отдела партизанских отрядов Витебской области капитан госбезопасности Юрин направил своему начальству донесение, в котором утверждал, что убийство гауляйтера произведено его людьми. Его немедленно вызвали в Москву, арестовали и осудили на 6 лет лагерей за очковтирательство.

Марию Осипову и Галину Мазаник вывезли на самолёте в Москву, где 29 октября 1943 года им было присвоено звание Героя Советского Союза. «Золотой Звездой» также была награждена Надежда Троян. Валентине Шуцкой и Николаю Фёдорову вручили ордена Ленина.

После войны Осипова вновь была назначена членом Верховного суда БССР. Мазаник окончила Высшую республиканскую партийную школу при ЦК КП(б) и Минский педагогический институт, работала заместителем директора библиотеки Академии наук Белоруссии.

24 сентября 1943 года "Шторх" вылетел из Минска, взяв курс на Берлин. На борту находился гроб с телом генерального комиссара генерального округа Беларусь Вильгельма Кубе.
Ночью 22 сентября 1943 года в Минске в результате операции, организованной советскими партизанами, Кубе был убит.

На должность главы гражданской оккупационной администрации Гитлер назначил Кубе 17 июля 1941 года. 21 июля он послал фюреру слова признательности за назначение:
"Для меня этот день стал... самым знаменательным днем в моей жизни. Для моей мужественной жены это был счастливый день в ее жизни. В послушании и верности мы оба благодарим Вас, мой фюрер!".
"Знаменательным" и "счастливым" этот день супруги Кубе назвали по ряду причин. Прежде всего он означал прощение партии после пяти лет пребывания не у дел.

БИОГРАФИЯ
С партией Гитлера Кубе связал свою судьбу с 1927 года. 1 декабря ему был вручен членский билет ј 71682.
Спустя год, 13 сентября, Гитлер назначил Кубе руководителем фракции НСДАП и гауляйтером провинции Остмарк, которая в мае 1933-го была объединена с провинцией Бранденбург под названием Курмарк.
Кубе стал обер-президентом. В то время он являлся депутатом рейхстага, представляя интересы фракции нацистов, облагораживая своим аристократическим происхождением плебейские ряды своих партайгеноссе.
До появления Кубе в Остмарке нацистская партия насчитывала там 60 членов. В результате его деятельности число их перевалило за тысячу, что в значительной степени содействовало приходу Гитлера к власти. Возможно, поэтому в дальнейшем Гитлер оказывал поддержку Кубе в сложных житейских ситуациях.

29 сентября 1933 года Кубе получил звание оберфюрера СС, а 27 января 1934-го - почетного группенфюрера СС и был награжден золотым партийным знаком. Тогда же Кубе познакомился с артисткой провинциального театра Анитой Лиденколь, которая играла свою первую крупную роль в пьесе Кубе "Тотилла".

Как пишет исследователь Пауль Коль, "эта халтурная высокопарная трагедия о последнем готском царе Тотилле после 1933 года из-за своего нацистского содержания повсюду ставилась в рейхе".
О знакомстве 48-летнего политика с юной артисткой можно было бы и не писать, если бы не поступки и события, последовавшие за ним.
В 1936 году Кубе вышел из СС, затем за антипартийное поведение, растрату, клевету на члена партии был лишен должности гауляйтера провинции Курмарк. Основанием для такого решения послужило анонимное письмо, в котором руководитель высшего партийного суда рейхсляйтер Вальтер Бух обвинялся в том, что его жена (зятем которой оказался Мартин Борман) - полуеврейка.
Автором письма признали Кубе. Это был сильный удар, но тщательное расследование показало, что аноним солгал. Потом гестапо обнаружило и анонима - Кубе! Кстати, поиски "еврейских корней" были не только любимой забавой гитлеровцев.
Этим очень долго занимались в СССР, да и сейчас есть немало подонков, промышляющих на этой теме... Но вернемся в третий рейх...

Геринг, в то время прусский премьер-министр, отправил Кубе в отставку. В том же 1936-м Кубе развелся с Маргарет Шмидт. С ней остались двое его сыновей, 15 и 20 лет. Вскоре он женился на Аните Лиденколь.
В результате 5 лет Кубе нигде не работал, отсутствовал на политической арене. Но, помня его старые заслуги перед партией, Гитлер распорядился оставить Кубе членом партии и рейхстага, а также сохранить титул гауляйтера. В апреле 1941 года он напомнил о себе Гитлеру, направив поздравление с днем рождения.
Сохранившаяся переписка по вопросу трудоустройства Кубе показывает, что предполагались разные варианты. В мае 41-го шел разговор о месте куратора высшей технической школы и медицинской академии Данцига, в начале июня - о месте куратора Кенигсбергского университета.

27 июня Борман уведомил рейхсминистра доктора Ганса Ламмерса:
"Фюрер не пожелал такого назначения гауляйтера в отставке Кубе, он желает, чтобы Кубе непременно был назначен на ответственную должность на востоке".
Достанься Кубе спокойная должность куратора высшей школы в Пруссии, многое повернулось бы по-другому и в судьбе Вильгельма Янецке. Но Гитлер, возможно, с подачи Бормана распорядился иначе.
Если для Кубе день назначения на должность генерального комиссара стал, по его собственной оценке, "знаменательным" и "счастливым", то Янецке о своем назначении в Минск этого бы не сказал. К моменту назначения на должность минского городского комиссара он благополучно возглавлял административно-хозяйственные отделы районных комендатур разных городов Бельгии и Франции.


СМЕРТЬ
В 00 часов 40 минут 22 сентября 1943 г. в его спальне раздался взрыв.
Дежурный чиновник генерального комиссариата вызвал по телефону Янецке в квартиру Кубе на Театральную (Энгельса), 27 (адрес военного времени).
Потрясенный Янецке явился лишь через полтора часа. Там уже были генерал-майор фон Готтберг, начальник минского гарнизона вермахта генерал-майор Шперлинг, майор полиции Бендцко, полковник Келлер, подполковник Гартман, начальник отдела здоровья доктор Вебер и другие начальники отделов генерального комиссариата.
У генерального комиссара была вырвана левая сторона груди и оторвана левая рука. Его полуобгоревший труп вытащила из горящей спальни вызванная по тревоге команда.
Спавшая рядом супруга Анита Кубе, находившаяся на восьмом месяце беременности, была в шоке. Трое маленьких детей, которые спали в другой комнате, отделенной ванной, не пострадали.

Тело Кубе поместили в морг бывшей 1-й клинической больницы (в настоящее время 3-я).

Некролог
ЗАКЛЮЧЕНИЕ ПО ДЕЛУ КУБЕ
Следствие по делу гибели гауйляйтера шло быстро и скоро сделали выводы.
Виновной была признана служащая в доме гауляйтера Елена Мазаник.
После падения Минска Елена (подруги называли её Галиной, под этим именем она была известна и немцам, и партизанам) устроилась уборщицей в одну из немецких воинских частей, потом работала официанткой на фабрике-кухне и в казино для немецких офицеров.
В начале июня 1943 года она была принята на работу в трёхэтажный особняк по ул. Театральной, 27, в котором жил вместе с семьёй генеральный комиссар Белоруссии Вильгельм Кубе.

Елена Мазанник
Вот этот длинный документ который выявлял виновных:

""Заключительное донесение по вопросу о покушении на генерального комиссара Белоруссии,
гауляйтера майора запаса Вильгельма Кубе2 в ночь на 22.9.1943
Секретно.


В ночь на 22.9.1943 в 0 час. 40 мин. в спальне генерального
комиссара и гауляйтера Вильгельма Кубе взорвалась мина, в
результате чего у него разорвало левую сторону груди и ото-
рвало левую руку. Ранения были, безусловно, смертельные.
Его труп в полуобгоревшем состоянии был вынесен из охва-
ченной пожаром спальни поднятой по тревоге дежурной ко-
мандой и служащими газовой команды.
Рядом с ним лежала жена Анита Кубе, урожд. Линденколь,
которая была на 8-м месяце беременности. Она осталась не-
вредимой и отделалась только нервным шоком. Его трое
маленьких детей, которые находились в другой комнате, от-
деленной от спальни ванной, спали и остались также невре-
димыми.
От удара взрывной волны обстановка спальни была почти
полностью разбита. Находящийся в Минске на Театраль-
ной улице № 27 жилой дом, который граничил непосред-
ственно со зданием генерального комиссариата, внешне не
пострадал.
При осмотре места происшествия «Большой особой
комиссией»
, состоящей из СС-штурмбанфюрера и кри-
минал-советника Бондорфа — в качестве руководителя, а
также представителей из сектора уголовной полиции СС-
оберштурмфюрера Брейера и сектора государственной поли-
ции СС-оберштурмфюрера и криминал-комиссара Хайса, во
время просеивания мусора и обломков были обнаружены и
изъяты материальные остатки.
Руководствуясь материалами расследования, СС-обер-
штурмфюрер Брейер установил, что в данном случае речь
идет об остатках замедлителя магнитной мины английского
происхождения.
Примененная мина, несомненно, была установлена примерно
за 12 часов на выступающих пружинах матраца металличе-
ской кровати гауляйтера Кубе и там взорвалась. За это пред-
положение говорит также характер ранения гауляйтера. Дей-
ствие мины было ослаблено матрацем и телом гауляйтера.
Этим можно объяснить также невредимость его жены.
Так как дом гауляйтера день и ночь охранялся собственной
охраной из 12 человек полиции, вопрос встал, прежде всего,
о тесном круге лиц, состоявшем из обслуживащего персонала
и входивших в дом.


Дознание ограничилось поэтому в первую очередь на уста-
новке лиц, которые в течение последнего времени перед по-
кушением что-либо делали в доме гауляйтера.
На месте происшествия были задержаны работающие и за-
нятые в домашнем хозяйстве четыре горничные.
Их проверка вначале не показала какой-либо их связи с по-
кушением.
Уже утром 22.9.43 было установлено, что единственная, жи-
вущая из-за недостатка места вне дома, служанка Елена Маза-
ник4
, 4.4.1914 г.р., проживающая в Минске по ул.Театральной
№ 48 кв.10, дома отсутствовала.
Ее квартира была вскрыта. Оказалось, что помещение было
почти полностью очищено.
Ее сестра, ведущая совместно с ней домашнее хозяйство Ва-
лентина Шчутская5 (правильно Щуцкая – Авт.),1918 г.р.,
также отсутствовала.
Расследование на месте службы сестры (казино немецкого
суда в Минске) показало, что Шчутская, якобы из-за болей,
вызванных спазмами сосудов, 21.9.43 в 10.30 оставила свое
рабочее место. Чтобы ей не нужно было в дальнейшем воз-
вращаться на работу, она перед своим уходом попросила пре-
доставить ей 21.9.43 выходной день.


При дальнейшем расследовании у различных доверенных
лиц, которые имели контакт с Ш., было выяснено, что Ма-
заник, хотя и поддерживала, очевидно, с целью разведки, от-
ношения с немцами, высказывалась антинемецки.
Так, недавно при своей подруге она выразилась, что она гор-
да, что она русская, и что русские при Советской власти име-
ли много больше, чем при немцах.
Также было установлено, что ее первый муж (на самом деле
муж сестры.) был расстрелян немцами как партизан и
что ее второй муж работал шофером в НКВД.
Она сама выдавала себя доверенному лицу как служащую
Центрального комитета НКВД. Поэтому предположение, что
только Мазаник могла быть преступницей, было правиль-
ным. Это предположение в дальнейшем расследовании было
подкреплено.
То, что существовала тесная связь с НКВД, проясняет об-
стоятельство, что Мазаник пыталась завербовать для шпи-
онской деятельности против немецких войск некую Галину
Липскую, из круга своих знакомых. Липская, однако, это
предложение отклонила. Свое положение в доме гауляйте-
ра Мазаник определенно использовала в целях разведки,
так как она неоднократно имела возможность убирать слу-
жебный кабинет гауляйтера.
В связи с этим особое внимание вызывает то, что для всех
остальных служащих дома (кроме Мазаник) генеральный
комиссар выносил предложения о проверке через гестапо.
Проверка в отношении ее, таким образом, не состоялась.
Уже за несколько дней до покушения сестры продали свои
пожитки, носильные вещи и белье неизвестным лицам. Ма-
заник пришла 21.9.43 как обычно в 7 часов утра на работу
в дом гауляйтера, пожаловалась остальным работницам на
сильную зубную боль и в 10.30 оставила дом.
Она лечила зубы, по особому распоряжению гауляйтера, не-
смотря на то, что она белоруска, у немецкого врача, однако
21.9.43 она у врача не была.


При дальнейшей проверке круга знакомых обеих сестер на-
толкнулись якобы на любовника Мазаник по имени Степан,
который был установлен в лице Стефана Тиллнера, руково-
дителя почтового отделения в генеральном комиссариате.
Удалось установить деревню вблизи Минска, куда обе сестры
ездили ухаживать за матерью.
В этой деревне — Малая Малюковчина – был действительно установлен дом
матери (матери мужа сестры Елены Мазаник), однако
он оказался закрыт и совершенно пуст. Ключи были переда-
ны родственнице сестер, некой Анне Рулькевич, где они дей-
ствительно хранились.
Расследованием было установлено, что все имущество вы-
везли два возчика, из которых один — некий Павел Кароль —
проживал в соседней деревне Потреби.
С его помощью удалось установить квартиру в предместье
Минска, ул.Заславская № 35-а, кв. 6.
Владелица этой квартиры сначала отрицала, что приняла бе-
глецов, однако после очной ставки призналась, что она дей-
ствительно за плату в 100 рейхсмарок приняла их, а их иму-
щество отдала на хранение своему соседу Николаю Дрозду6
.
Беглецами были Валентина Шчутская и ее мать Анна Шчут-
ская, а также оба малолетних ребенка пер-
вой. При обыске в доме Дрозда была действительно найдена
различная одежда в замурованном потайном подвале.
Среди вещей находилось также темно-голубое пальто, кото-
рое было безукоризненно опознано служанкой гауляйтера
Галиной Вигал как собственность Мазаник.
Позже в деревянном сарае в штабеле дров были найдены
два детонатора, которые по показаниям Дрозда были при-
несены некой Марией7
, по прозвищу Черная Мария, кото-
рая позже была установлена как Мария Осипова. (При-
меты: 30 лет, рост 1.75, гибкая, черные волосы, смуглое
длинное лицо).
Хозяин усадьбы Николай Дрозд, 15.8.1886 г.р., а также его
жена Елена Дрозд 1890 г.р. и их дочь Регина Дрозд, 16.10.1923
г.р., были арестованы незадолго до их подготовленного бег-
ства8
.
Дрозд признался, что 18.8.43 Мария Осипова и Мария Ду-
брова ждали его на мосту в Минске, когда он возвращался из
деревни Вяча со сбора ягод домой, и он получил от них две
мины.
Эти мины он принес в свой дом, где они были спрятаны Оси-
повой в саду.
Находившаяся под арестом Дуброва вынуждена была под-
твердить, что эти данные соответствуют действительности
и что она получила мины в лесу недалеко от деревни Вяча
от неизвестного мужчины. Этот неизвестный мужчина отно-
сился, по словам Дубровой, к партизанам.
В ходе дознания было далее установлено, что Осипова с апре-
ля с.г. жила у Дрозда и неоднократно предпринимала так на-
зываемые «служебные поездки». Также она во время своего
проживания у Дрозда развернула сильную антинемецкую
пропаганду и в этом смысле авторитетно действовала отчасти
с успехом на круг своих знакомых.
Далее она поддерживала связь с некой Тоней9
(приметы:
примерно 40 лет, среднего роста, гибкая, волосы соломен-
ного цвета, зачесанные на пробор, лицо в оспинах, в черном
платке, темная одежда и черные сапоги), которая не была
установлена, но очевидно также относится к партизанам.
Тоня и Мария Осипова имели общие дела и были часто
вместе. Тоня должна была также знать семью Шчутской,
так как она ожидала ее 20.9.43 и содействовала в устрой-
стве на ночлег.
Тоня и Осипова провели ночь на 21.9.43 у Дрозда. Осипова
оставила квартиру Дрозда 21.9.43 в 5.30 утра, в то время как
Тоня в тот же день в 6 утра вместе с беглецами и возчиком, кото-
рого не удалось установить, уехала в неизвестном направлении.
Известно, что Шчутская вышла на работу в немецкий суд в
7 утра.
В 11 утра Осипова вернулась к Дрозду и вскоре после этого
оставила дом, якобы для того, чтобы предпринять снова слу-
жебную поездку.
Дрозд показал, касаясь Осиповой, что речь идет о чрезвычай-
но деятельном агенте партизан.
Она предлагала его и его семью в случае преследования пере-
править в Москву.


Без сомнения Мария Осипова 21.9.43 утром принесла мины
в Минск и там лично или через связного передала их Маза-
ник, которая в это время еще находилась в своей квартире на
Театральной улице 48.
Этот связной был установлен в лице Георгия Куликова
28.5.1914 г.р., в задачу которого входила передача писем и па-
кетов Мазаник и Осиповой.
В дальнейшем его задача заключалась в том, чтобы разведы-
вать для Осиповой настроения населения, немецких частей,
месторасположения отдельных подразделений Вермахта и
другие важные события.
При этом ему содействовал некий Владимир Сибко,
17.11.1912 г.р., который работал музыкантом в «Немецком
доме». Свои задания он выполнял, пользуясь тем, что он му-
зыкант и работал в немецком Доме, заставляя знакомых офи-
цианток показывать ему почту от немецких солдат, выписы-
вал при этом отдельные номера полевых почт и др. важные
подробности из писем, а также всеми путями пытаясь запо-
лучить сведения о немецких войсках.


Оба были арестованы.
Свою деятельность оба продолжали длительное время и
передавали материалы Осиповой через Галину Липскую,
26.1.1919 г.р.
Липская, пожалуй, знала о делах Осиповой и ее связных, од-
нако ее разведывательная деятельность сводилась только к
передаче материалов.
В связи с арестом Куликова и Сибко была раскрыта широко
разветвленная и хорошо организованная разведывательная
служба партизан. Были выявлены важные следы, которые
указывали и на других связников, которые будут, однако,
преследованы в рамках особого процесса.
Что касается задержанного Куликова, то его следует рас-
сматривать вместе с Марией Осиповой как лицо, вручившие
Мазаник мины, предусмотренные для покушения на гауляй-
тера, так как установлено, что он часто бывал на квартире у
Мазаник и постоянно приносил туда пакеты и почту.
У бывшего любовника Мазаник Стефана Тиллера была изъ-
ята годная к репродукции ее фотография.
Проводившийся розыск Мазаник и ее родственников, а так-
же Марии Осиповой и Тони, не мог быть успешным, так как
вышеназванные после выполнения своего специального за-
дания с помощью Осиповой были отправлены в Москву на
самолете из ближайшей партизанской области.
Осипова использовала также в качестве связного Марию Ду-
брову12, которая без сомнения, как закоренелая коммунистка,
получала от нее задания.
Так, при заключительном обыске в ее квартире были обнару-
жены спрятанные между досок пакетики с пятью бумажны-
ми облатками, содержащими стрихнин.
Химический анализ точно показал, что речь идет о безуслов-
но смертельнодействующем яде.
Принимая во внимание тесную связь вышеуказанных лиц,
можно сделать вывод, что в случае неудачи покушения с ми-
ной семья Кубе должна была быть отравлена стрихнином.
Количества изъятого яда хватило бы, чтобы отравить более
100 человек.


Оценка всех сторон дела показывает, что Мария Осипова —
лицо, действующее по заданию НКВД.
Непосредственная исполнительница — Елена Мазаник, как
уже упоминалось, также относится к НКВД.
Сведения о жизни и обычаях семьи Кубе и другие важные
происшествия благодаря Мазаник передавались в Москву.
Дрозда и Дуброву необходимо рассматривать как закорене-
лых коммунистов.
Куликова и Сибко они использовали в качестве связных.
Находящиеся под арестом родственники Дрозда (жена и дочь)
знали о преступной деятельности вышеуказанных лиц.
Липская — соучастница, однако она отклоняла всякую ак-
тивную разведывательную деятельность. К арестованным я
предлагаю применить острейшие средства государственной
полиции.
Случай должен быть передан в IV отдел для дальнейшей от-
работки и использования.
БОНДОРФ, СС-штурмбанфюрер и криминал-советник,руководитель Большой специальной комиссии""
Вот такой длинный документ.

КАРАТЕЛЬНЫЕ АКЦИИ.ПРЕДЛОГ ПОЛУЧЕН

Нацисты не упустили возможность заняться любимым делом--геноцидом.

В ту же ночь Готтберг телеграфировал в ставку Гитлера и восточное министерство о случившемся и принятых мерах.
Перед СД он поставил задачу ликвидировать польскую интеллигенцию , которая числилась в картотеке службы безопасности, и совершить публичное повешение советских патриотов в Минске.
В ответ на убийство Кубе в тот же день было расстреляно 300 заключённых минской тюрьмы.
Взятый в плен 7 мая 1945 года бригаденфюрер СС Герф Эбергард, на момент убийства Кубе начальник полиции порядка в Белоруссии, показал:
«Страшные злодеяния в г. Минске после убийства Кубе были совершены по приказу высшего начальника СС и полиции Готтберга... Последующие дни полицией совместно с СД были проведены облавы.
Схваченные на улицах и в домах ни в чем не повинные люди, в том числе женщины и дети, были расстреляны... В этих облавах было расстреляно две тысячи человек и значительно большее число заключено в концлагерь»

ЗАКЛЮЧЕНИЕ
С момента уничтожение нацистского гауляйтера Вильгельма Кубе минуло уже 67 лет, в обществе сложилось стойкое мнение о правдивости истории Е.Мазанник.
Убийство Кубе было спланировано и осуществлено весьма "ювелирно",бомба оказалась именно под гауляйтером, это все заставляет задуматся так ли все было как сказанно в отчете следствия и словах Мазаник.


За последние годы всплыло довольно много новых обстоятельств, свидетельств и документов которые говорят что история расказаная Е.Мазаник большей выдумана.
Немецкое следствие преднамеренно подогнало следствие под эту версию валив вину на служащую особняка.


В условиях многочсленных белых пятен и несостыковок возникло аж 12 версий случившегося, но ни одна пока не обладает доказательной базой.
Спустя 67 лет до сих пор нет ответа кто, как и почему ликвидировал гауляйтера Вильгельма Кубе.

Шпаковский Вячеслав 11.05.2014 в 10:00

Хорошо известен подвиг минских партизан-судоплатовцев, уничтоживших в годы войны гауляйтера Белоруссии Кубе. Однако в этой истории до сих пор не все ясно и логично. А некоторые факты позволяют сделать вывод о том, что эта акция, вероятно, совместная операция 4-го управления НКВД и гестапо, в которой стороны использовали друг друга "втемную".

Итак, известно, что ликвидация Кубе стала результатом патриотических действий "простых советских тружениц, которых война заставила взяться за подготовку теракта". Да, действительно, все вроде бы так оно и было и с этим никто не спорит. Однако в юриспруденции есть важное правило: "смотри, кому выгодно!" и если ему следовать, то вопросов у нас будет значительно больше, чем мы получим на них ответов.

Начнем с того, что строго документировано, то есть подкрепляется не рассказами очевидцев, а вполне официальными бумагами.

Понятно, что Кубе не сделал бы себе карьеры в нацистской партии, если бы не был "стопроцентным наци" и верным адептом Адольфа Гитлера. Однако известно, что соратники по партии упрекали партайгеноссе Кубе за его пристрастие к композиторам-евреям Оффенбаху и Мендельсону. Кубе ставили в вину, что он не делает разницы между немцами и евреями (в особенности участниками Первой мировой войны), а полицейского, застрелившего какого-то еврея, при всех обозвал "свиньей". В то же время Кубе не протестовал против того, чтобы отправлять в газовые камеры нетрудоспособных евреев и отнюдь не гнушался наживаться на присвоении еврейской собственности. Генеральным комиссаром Белоруссии Вильгельм Кубе стал 17 июля 1941 года и его приход сопровождался казнью 2278 заключенных Минского гетто.

Большинство источников сообщает, что за все время оккупации на этой территории было уничтожено от 74 до 82 процентов еврейского населения Белоруссии. Вот только расстрелами и казнями руководил не он, а шеф СС Белоруссии Курт фон Готтеберг. Погромами в гетто Кубе открыто возмущался, и одновременно активно сотрудничал с белорусскими националистическими организациями, разрешил им использовать свою национальную символику (!), а летом 1942 года - создание белорусского корпуса самообороны, что не удалось исключительно из-за позиции руководства СС.

В 1934 году Вильгельм Кубе заявлял, что "носители чумы должны быть уничтожены", но, став гауляйтером, почему-то запротестовал и не позволил расправиться с депортированными в Минск немецкими евреями, среди которых было много участников Первой мировой войны. Потом Кубе заменил свою охрану из эсэсовцев на полицейских и принялся саботировать приказы по ликвидации евреев-соотечественников. Двойные стандарты Кубе вызвали резкое недовольство Генриха Гиммлера, так что в итоге в Минск Альфреду Розенбергу пришлось отправлять даже специального представителя Альфреда Мейера, чтобы "серьезно предупредить Кубе".

Вдова убитого, Анита впоследствии вспоминала, что Кубе иногда даже плакал, и при этом повторял: "Я не убийца, я не убийца". Конечно, этим её словам можно и не верить, но то, что Кубе вел себя явно не так, как следовало бы вести себя "записному нацисту", несомненно! Более того, известно, что обо всем этом было тут же доложено Гитлеру.

Конечно, не стоит считать Кубе эдаким заступником белорусского народа перед эсэсовцами, да и в раскаяние его верится с трудом. Но очевидно, что служение фюреру и Германии он понимал совсем не так, как другие фашистские бонзы, а это уже был, по их мнению, очень серьезный проступок, за которым должно было последовать и соответствующее наказание.

Что же касается планов советского командования по ликвидации Кубе, то приказ убить его из Москвы получили одновременно 12 спецгрупп, действовавших в районе Минска, которые в буквальном смысле начали на него охоту. Первой попыткой стал взрыв 22 июня 1943 года в минском театре, где было убито 70 и ранено 110 немецких солдат и офицеров, однако Кубе при этом не пострадал.

Узнав, что гауляйтер любитель поохотиться, партизаны устроили на него засаду в лесу и убили около 50 "охотников", но Кубе среди них не оказалось.

Затем партизанам удалось узнать, что 6 сентября 1943 года в офицерской столовой состоится банкет по случаю десятой годовщины прихода Гитлера к власти. Партизанам удалось заминировать зал, где в результате взрыва погибло 36 высокопоставленных офицеров вермахта, но Кубе повезло остаться в живых и на этот раз, из-за чего его даже прозвали "везунчиком".

Конечно же, он не мог не понимать, что за ним охотятся, и что если он хочет остаться в живых ему просто необходимо проявлять максимальную бдительность. Однако при этом он допустил, что Елена Мазаник работала у него в доме чуть ли не старшей горничной, и к тому же ей одной при этом разрешалось жить вне его дома. Думается, что ни один здравомыслящий человек, заботящийся о собственной безопасности, такого бы не допустил. Однако Кубе и его жена почему-то на все это закрывали глаза. Неужели они были в ней настолько уверены? Или их в её абсолютной лояльности уверила служба безопасности?!

Весьма загадочна и история с устройством девушки к нему на работу. В протоколе допроса Мазаник в НКВД приводится её рассказ о том, что, когда она сидела на берегу реки, к ней подошел немецкий офицер и предложил работать уборщицей в немецкой воинской части, а затем её взяли к Кубе. Вот так просто подошел, и так же просто её взяли в дом к самому гауляйтеру! А вот, куда в это время смотрело гестапо, совершенно непонятно.

Когда Мария Осипова несла Мазаник мину в корзинке с брусникой, полицейские патрули её несколько раз обыскивали, но ничего не нашли. Затем Елена понесла мину в сумочке в дом Кубе, и её опять остановили. Причем на этот раз уже не полицейские, а офицер СС, но и он опять-таки пропустил девушку, так к ней сумочку и не заглянув: поразительное головотяпство, особенно со стороны эсэсовца, находящегося во враждебной стране среди постоянных диверсий и партизан, готовых убить в любую минуту.

Интересно, что после убийства Кубе, когда его исполнительницы оказались за линией фронта в Москве, долго не могли разобраться, кто же все-таки его убил. Только Елена Мазаник чётко рассказала, как это все было, однако и в её сообщении есть неточности. Так, например, сначала она говорила, что охрана на этажах отсутствовала. Но затем стала утверждать, что охрана была, и она её перехитрила! Ну, а Мария Осипова напротив, пыталась все заслуги приписать себе, что, мол, Мазаник "только подложила мину". В итоге в НКВД вопрос с девушками решался так долго, что в него пришлось вмешаться самому Сталину, лично отдавшему приказ дать звание Героя Советского Союза всем трем, хотя третья девушка - Надежда Троян в операции участвовала лишь в самом начале!

Следствие, проведенное немцами, установило, что мина была английского производства и заложена на пружинах матраса. Во всех отечественных источниках эту мину называют часовой. Но… все английские часовые мины известны, и все они довольно громко тикали. По сути дела это небольшой будильник, прикрепленный к заряду взрывчатки. Но, если бы она тикала, Кубе должен был её услышать, ведь он лежал на ней! Существуют даже часы, по которым Мазаник устанавливала на мине время взрыва. Мария Осипова также сообщала именно о "тикающем" механизме. И да, действительно, в то время тикали даже маленькие дамские часики. Но как тогда такое вообще могло быть? В результате, что это была за мина, сегодня так никто и не может сказать!

Не менее удивительным образом происходило и само бегство девушек после исполнения задания. Из Минска они выехали на грузовике в ту же ночь, причем их несколько раз останавливала военная полиция (ведь действовал же комендантский час!), но всякий раз, проверив документы, отпускала! А когда начали забирать родственников Мазаник, чтобы ехать в партизанский отряд, те потребовали вывезти не только их, но и весь скарб, который даже не поместился на одну телегу, и пришлось нанимать ещё и вторую. Однако, несмотря на столь хлопотливые сборы, все благополучно добрались до партизан, откуда девушек затем доставили на Большую Землю. Причем интересно, что гестапо очень быстро размотало всю цепочку заговора и арестовало всех, кто оставался в Минске, но, несмотря на все свои старания… опоздало!

Шпаковский Вячеслав 11.05.2014 в 10:00

Хорошо известен подвиг минских партизан-судоплатовцев, уничтоживших в годы войны гауляйтера Белоруссии Кубе. Однако в этой истории до сих пор не все ясно и логично. А некоторые факты позволяют сделать вывод о том, что эта акция, вероятно, совместная операция 4-го управления НКВД и гестапо, в которой стороны использовали друг друга "втемную".

Итак, известно, что ликвидация Кубе стала результатом патриотических действий "простых советских тружениц, которых война заставила взяться за подготовку теракта". Да, действительно, все вроде бы так оно и было и с этим никто не спорит. Однако в юриспруденции есть важное правило: "смотри, кому выгодно!" и если ему следовать, то вопросов у нас будет значительно больше, чем мы получим на них ответов.

Начнем с того, что строго документировано, то есть подкрепляется не рассказами очевидцев, а вполне официальными бумагами.

Понятно, что Кубе не сделал бы себе карьеры в нацистской партии, если бы не был "стопроцентным наци" и верным адептом Адольфа Гитлера. Однако известно, что соратники по партии упрекали партайгеноссе Кубе за его пристрастие к композиторам-евреям Оффенбаху и Мендельсону. Кубе ставили в вину, что он не делает разницы между немцами и евреями (в особенности участниками Первой мировой войны), а полицейского, застрелившего какого-то еврея, при всех обозвал "свиньей". В то же время Кубе не протестовал против того, чтобы отправлять в газовые камеры нетрудоспособных евреев и отнюдь не гнушался наживаться на присвоении еврейской собственности. Генеральным комиссаром Белоруссии Вильгельм Кубе стал 17 июля 1941 года и его приход сопровождался казнью 2278 заключенных Минского гетто.

Большинство источников сообщает, что за все время оккупации на этой территории было уничтожено от 74 до 82 процентов еврейского населения Белоруссии. Вот только расстрелами и казнями руководил не он, а шеф СС Белоруссии Курт фон Готтеберг. Погромами в гетто Кубе открыто возмущался, и одновременно активно сотрудничал с белорусскими националистическими организациями, разрешил им использовать свою национальную символику (!), а летом 1942 года - создание белорусского корпуса самообороны, что не удалось исключительно из-за позиции руководства СС.

В 1934 году Вильгельм Кубе заявлял, что "носители чумы должны быть уничтожены", но, став гауляйтером, почему-то запротестовал и не позволил расправиться с депортированными в Минск немецкими евреями, среди которых было много участников Первой мировой войны. Потом Кубе заменил свою охрану из эсэсовцев на полицейских и принялся саботировать приказы по ликвидации евреев-соотечественников. Двойные стандарты Кубе вызвали резкое недовольство Генриха Гиммлера, так что в итоге в Минск Альфреду Розенбергу пришлось отправлять даже специального представителя Альфреда Мейера, чтобы "серьезно предупредить Кубе".

Вдова убитого, Анита впоследствии вспоминала, что Кубе иногда даже плакал, и при этом повторял: "Я не убийца, я не убийца". Конечно, этим её словам можно и не верить, но то, что Кубе вел себя явно не так, как следовало бы вести себя "записному нацисту", несомненно! Более того, известно, что обо всем этом было тут же доложено Гитлеру.

Конечно, не стоит считать Кубе эдаким заступником белорусского народа перед эсэсовцами, да и в раскаяние его верится с трудом. Но очевидно, что служение фюреру и Германии он понимал совсем не так, как другие фашистские бонзы, а это уже был, по их мнению, очень серьезный проступок, за которым должно было последовать и соответствующее наказание.

Что же касается планов советского командования по ликвидации Кубе, то приказ убить его из Москвы получили одновременно 12 спецгрупп, действовавших в районе Минска, которые в буквальном смысле начали на него охоту. Первой попыткой стал взрыв 22 июня 1943 года в минском театре, где было убито 70 и ранено 110 немецких солдат и офицеров, однако Кубе при этом не пострадал.

Узнав, что гауляйтер любитель поохотиться, партизаны устроили на него засаду в лесу и убили около 50 "охотников", но Кубе среди них не оказалось.

Затем партизанам удалось узнать, что 6 сентября 1943 года в офицерской столовой состоится банкет по случаю десятой годовщины прихода Гитлера к власти. Партизанам удалось заминировать зал, где в результате взрыва погибло 36 высокопоставленных офицеров вермахта, но Кубе повезло остаться в живых и на этот раз, из-за чего его даже прозвали "везунчиком".

Конечно же, он не мог не понимать, что за ним охотятся, и что если он хочет остаться в живых ему просто необходимо проявлять максимальную бдительность. Однако при этом он допустил, что Елена Мазаник работала у него в доме чуть ли не старшей горничной, и к тому же ей одной при этом разрешалось жить вне его дома. Думается, что ни один здравомыслящий человек, заботящийся о собственной безопасности, такого бы не допустил. Однако Кубе и его жена почему-то на все это закрывали глаза. Неужели они были в ней настолько уверены? Или их в её абсолютной лояльности уверила служба безопасности?!

Весьма загадочна и история с устройством девушки к нему на работу. В протоколе допроса Мазаник в НКВД приводится её рассказ о том, что, когда она сидела на берегу реки, к ней подошел немецкий офицер и предложил работать уборщицей в немецкой воинской части, а затем её взяли к Кубе. Вот так просто подошел, и так же просто её взяли в дом к самому гауляйтеру! А вот, куда в это время смотрело гестапо, совершенно непонятно.

Когда Мария Осипова несла Мазаник мину в корзинке с брусникой, полицейские патрули её несколько раз обыскивали, но ничего не нашли. Затем Елена понесла мину в сумочке в дом Кубе, и её опять остановили. Причем на этот раз уже не полицейские, а офицер СС, но и он опять-таки пропустил девушку, так к ней сумочку и не заглянув: поразительное головотяпство, особенно со стороны эсэсовца, находящегося во враждебной стране среди постоянных диверсий и партизан, готовых убить в любую минуту.

Интересно, что после убийства Кубе, когда его исполнительницы оказались за линией фронта в Москве, долго не могли разобраться, кто же все-таки его убил. Только Елена Мазаник чётко рассказала, как это все было, однако и в её сообщении есть неточности. Так, например, сначала она говорила, что охрана на этажах отсутствовала. Но затем стала утверждать, что охрана была, и она её перехитрила! Ну, а Мария Осипова напротив, пыталась все заслуги приписать себе, что, мол, Мазаник "только подложила мину". В итоге в НКВД вопрос с девушками решался так долго, что в него пришлось вмешаться самому Сталину, лично отдавшему приказ дать звание Героя Советского Союза всем трем, хотя третья девушка - Надежда Троян в операции участвовала лишь в самом начале!

Следствие, проведенное немцами, установило, что мина была английского производства и заложена на пружинах матраса. Во всех отечественных источниках эту мину называют часовой. Но… все английские часовые мины известны, и все они довольно громко тикали. По сути дела это небольшой будильник, прикрепленный к заряду взрывчатки. Но, если бы она тикала, Кубе должен был её услышать, ведь он лежал на ней! Существуют даже часы, по которым Мазаник устанавливала на мине время взрыва. Мария Осипова также сообщала именно о "тикающем" механизме. И да, действительно, в то время тикали даже маленькие дамские часики. Но как тогда такое вообще могло быть? В результате, что это была за мина, сегодня так никто и не может сказать!

Не менее удивительным образом происходило и само бегство девушек после исполнения задания. Из Минска они выехали на грузовике в ту же ночь, причем их несколько раз останавливала военная полиция (ведь действовал же комендантский час!), но всякий раз, проверив документы, отпускала! А когда начали забирать родственников Мазаник, чтобы ехать в партизанский отряд, те потребовали вывезти не только их, но и весь скарб, который даже не поместился на одну телегу, и пришлось нанимать ещё и вторую. Однако, несмотря на столь хлопотливые сборы, все благополучно добрались до партизан, откуда девушек затем доставили на Большую Землю. Причем интересно, что гестапо очень быстро размотало всю цепочку заговора и арестовало всех, кто оставался в Минске, но, несмотря на все свои старания… опоздало!

22 сентября исполняется 70 лет операции белорусских партизан по ликвидации гауляйтера Белоруссии В. Кубэ. Эта крупнейшая операция в тылу врага вошла в анналы разведки и получила отражение во многих фильмах.

"Часы остановились в полночь" (1958)

"Руины стреляют" (1970) , телефильм

Советские фильмы, в которых представлена официальная советская трактовка событий.

В 2012 г. состоялась премьера сериала "Охота на гауляйтера" . Для зрителя, который привык к тому, что гауляйтер Кубэ - палач, а партизаны - герои, белорусско-российский сериал "Охота на гауляйтера" - настоящий шок.

Эпизод с Е. Мазаник есть в документальном сериале "Диверсанты" (2013) 3 серия. Историческая реконструкция событий, основанная на документальных источниках.

В сериале "Военная разведка Первый удар" Фильм 3. "Экономический удар"(2013)

события из Белоруссии перенесены в Украину. Что-то из разряда военного фэнтези, похлеще "Охоты на гауляйтера".

ИМХО наиболее объективный на данную тему - документальный фильм Леонида Млечина

"Ночная ликвидация"

ОХОТА НА ГАУЛЯЙТЕРА: РЕАЛЬНЫЕ ФАКТЫ И ХУДОЖЕСТВЕННЫЙ ВЫМЫСЕЛ

"Комсомольская правда"

Охота на гауляйтера": Анастасия Заворотнюк ушла в партизаны

Тогда за судьбой отчаянной партизанки, убившей в 1943 году руководителя оккупационной администрации в Беларуси Вильгельма Кубе, следила вся страна. Но времена поменялись. И во взгляде на известную историю появились другие краски. Это и стало поводом для съемок 8-серийного телевизионного фильма, который на следующей неделе покажет "Интер".

Это совсем не ремейк, а новая история, - рассказал журналистам режиссер-постановщик Олег Базилов. - Военная драма 1954 года послужила только источником вдохновения для написания сценария. Кое-что добавили от себя, чтобы лучше раскрыть характеры. Мы даже изменили имена героев, дабы зритель не пытался судить нас по тому, что написано в документах. Для меня эта история интересна тем, что там можно породить в зрителях споры: кто прав, кто виноват. Чем больше будет споров - тем лучше я выполнил свою задачу.

В сюжете военной ленты режиссера Олега Базилова переплелись исторический роман, военно-психологическая драма и любовные линии на фоне борьбы партизанского подполья с фашистской оккупацией в Беларуси. В оккупационном Минске Елена Мазаник (подруги называли ее Галиной, под этим именем она была известна и немцам, и партизанам) устроилась уборщицей в одну из немецких воинских частей, потом работала официанткой на фабрике-кухне и в казино для немецких офицеров. В начале июня 1943 года ее приняли на работу в трехэтажный особняк по ул. Театрштрассе, 27, в котором жил вместе с семьей генеральный комиссар Беларуси Вильгельм Кубе. Мазаник и подложила мину в постель гауляйтера…

Главную женскую роль сыграла известная российская актриса Анастасия Заворотнюк. Актриса не скрывает, что эта работа для нее очень дорога:

На самом деле я очень давно хотела сыграть эту женщину. И два года охотилась за этим сценарием. Когда я его прочла - просто заболела ролью. Поняла, что никто не сыграет ее так, как я. Здесь нет хороших героев и нет плохих. Исключая, конечно, сам факт наличия фашизма. Она ведь совершает подвиг не от того, что она любила Родину, за Сталина рвалась…

Оказывается, киношники придумали свою красивую версию:

У нас есть любовный треугольник, и главная героиня подкладывает мину не из идейных соображений, а из-за любви. Есть мужчина между двумя женщинами, ради него главная героиня и решается на такой поступок, - рассказывают создатели картины.

Охота на Кубе

Автор Рошаль Семён

Один из самых загадочных и одновременно общеизвестных эпизодов на «невидимом фронте» 2-й мировой войны - это ликвидация гауляйтера Белоруссии Вильгельма Кубе 22 сентября 1943 г. Недавно об этом снят сериал «Охота на гауляйтера», но слишком вольная трактовка исторических событий побудила обратиться к реальным фактам.

Начнём с личности Кубе. В фильме он имеет фамилию Краубе и позиционирует себя старым партийным соратником Гитлера, в отличие от главного эсесовца Готтберга, который присоединился к «нашему делу» только после 1933 г. На самом деле, Кубе был крайне правым (Гитлер-то формально левый), входил в Немецкую национальную народную партию (НННП) и даже возглавлял её молодёжную организацию — «Молодёжь Бисмарка». Потом оказался в другой правой партии - Немецкой народной партии свободы (ННПС), от которой избирался депутатом рейхстага, и только в 1928 г. перебежал в НСДАП, когда акции Гитлера стали расти. После прихода нацистов к власти, Кубе стал обер-президентом провинции Бранденбург, а с 1936 года гауляйтером Курмарка. Однако в 1936 году карьере Кубе едва не пришёл конец — его разоблачили как клеветника. Он заявил, что тесть Мартина Бормана женат на еврейке. В результате Кубе лишился всех своих должностей. Но с началом русской кампании у Гитлера стал ощущаться кадровый голод, Кубе реабилитировали, и 17 июля 1941 года он был назначен гауляйтером Белоруссии (генеральный округ Вайсрутения).

На новом посту Кубе с первых же дней своего правления начал холокост. В рапорте рейхскомиссару Остланда Лозе от 31 июля 1942 года он писал: «В исключительно деловом сотрудничестве с бригадефюрером СС Ценнером и особенно руководителем СД оберштурмбаннфюрером СС Штраухом в последние десять недель мы ликвидировали в Белоруссии 55 тысяч евреев. В Минской области еврейство полностью истреблено, без нанесения какого-либо ущерба рабочей силе. В преимущественно польском Лидском округе уничтожено 16 тысяч евреев, в Слониме — 8 тысяч евреев».

По фильму же, наоборот, Краубе показан относительно человечным, он как бы противостоял СС в бессмысленных и кровавых чистках еврейского населения Минска. Между ним и Готтбергом существовало противостояние, они писали друг на друга доносы в Берлин. Так или иначе, но в Москве было принято решение ликвидировать Кубе, одновременно 12 диверсионных групп поучили задание на его ликвидацию. За Кубе началась охота, вылившаяся в целую серию покушений. Так, 22 июля 1943 года было заложено взрывное устройство в одном из театров Минска. В результате теракта было убито 70 и ранено 110 немецких солдат и офицеров. Однако Кубе покинул театр за несколько минут до взрыва и остался жив.

На 6 сентября в Минске был назначен большой банкет с участием Кубе, о чём узнали партизаны. Непосредственными исполнителями акции были Капитолина Гульева и Ульяна Козлова. Девушки работали официантками в столовой СД, находившейся в бывшем здании историко-филологического факультета Минского университета. Именно здесь должен был состояться банкет. В ночь на 6 сентября Гульевой и Козловой передали 15 кг тола и мину с часовым механизмом. Всё это девушки заложили в кадку с пальмой, стоявшую в обеденном зале. Как и было намечено, взрыв раздался вечером 6 сентября в самый разгар празднования. В результате погибло 16 и было ранено 32 офицера, но сам Кубе на банкете так и не появился.

Чуть позже другая подпольная группа организовала взрыв в офицерском ресторане-казино на Советской улице, где, по некоторым сведениям, мог появиться Кубе. Как и в прошлый раз, исполнительницей акции стала женщина — подпольщица Раиса Волчек, работавшая в ресторане официанткой. Она заложила мину в платяной шкаф для персонала, стоявший в главном зале. В результате взрыва погибло, по одним данным, 22, по другим — 36 высокопоставленных оккупантов, но Кубе опять среди них не оказалось. Здесь очень важный момент. Каждое такое покушение, да и вообще любая боевая операция партизан, вызывало ожесточённую реакцию эсесовцев - убивали заложников, проводили кровавые чистки в еврейском гетто, кстати, одном из самых больших в Европе, в нём проживало около 100 тыс. человек.

Несмотря на многократные попытки сотрудников НКВД организовать убийство Кубе, ликвидировать Кубе удалось военным разведчикам — бойцам спецотряда ГРУ «Дима», которым командовал Давид Кеймах (по фильму Клейман).

Непосредственным исполнителем акции возмездия стала Елена Мазаник (близкие люди и знакомые называли её Галиной - в фильме Галина Помазан, её роль сыграла Анастасия Заворотнюк). Она родилась 4 апреля 1914 года в Минской области в крестьянской семье. В 1928 году, окончив сельскую школу, перебралась в Минск. Была домработницей, уборщицей, официанткой в столовой Совнаркома Белоруссии. Позднее вышла замуж за работника НКВД и в 1938 году перешла на работу в столовую ЦК КП(б) Белоруссии. В начале войны муж Мазаник был эвакуирован вместе с другими работниками НКВД, но ей самой не удалось выехать из Белоруссии, и женщина осталась в Минске. Чтобы не умереть с голода, она первое время работала прачкой в немецких воинских частях, а в декабре 1941 года сумела устроиться кухонной работницей в казино при генеральном комиссариате. В фильме это не казино, а кабаре, но его также почему-то называют «казино», видимо, перепутав. Одновременно Мазаник убирала квартиру адъютанта Кубе Виленштейна, который рекомендовал её своему шефу в качестве горничной. Перед приёмом на работу Мазаник дала присягу на верность рейху и фюреру, а также обязалась сообщать немецким властям о любых проявлениях антигерманских настроений и не разглашать того, что узнает на службе.


Вообще-то в советское время уже снимали фильм про покушение на Кубе. Называется он «Часы остановились в полночь», подразумевая взрыватель с часовым механизмом. Но никаких часов не было. Несмотря даже на то, что какие-то часы лежат в одной экспозиции в музее с реальной сумочкой Мазаник и муляжом мины. В «Охоте на гауляйтера» описан способ действия этой мины. Английского производства, мина имела особенный химический взрыватель, при запуске которого внутри выливается кислота и через длительный промежуток времени, 24 часа, видимо, разъедает перегородку и взрыватель срабатывает. Хотя и тут есть неясность. По другим данным, мина всё-таки имела механический взрыватель, её конструкция это допускает. Но никак не часовой.

Жена сотрудника НКВД, работавшая в особняке Кубе, привлекла к себе внимание действовавших в Минске диверсионных групп. Убедить Галину принять участие в ликвидации Кубе удалось Марии Осиповой (в фильме Мария Архипова - её роль исполняет Мария Машкова). Она родилась 27 декабря 1908 года в Витебской области в семье рабочего. В 20 лет вступила в партию, закончила Минский юридический институт, после чего была назначена членом Верховного суда Белоруссии. Когда началась война, Осипова в числе других членов партии была оставлена в Минске для организации подполья.

Мазаник очень боялась идти на контакт с Осиповой. Зная, что СД имеет разветвлённую агентуру среди местного населения, она опасалась провокации со стороны немецких спецслужб. В фильме это ключевой драматургический момент. Дело в том, что Галина Помазан изображена абсолютно аполитичной женщиной, которой, в принципе, без разницы на кого работать, лишь бы платили. Ирония судьбы сводит её с мужем Архиповой, который бежал из плена и скрывался в Минске, работая киномехаником в офицерском клубе. Возник любовный треугольник, и на этой почве неприязнь Помазан и Архиповой. Хотя в реальной операции принимал участие и некий Николай Фурс, шофёр кинотеатра.

Операцию первоначально планировали провести при помощи яда, но всё-таки решили ликвидировать Кубе миной направленного действия. Её было решено подложить в кровать Кубе, под матрац. Мазаник удалось пронести мину с заранее взведённым взрывателем, установить в нужном месте и благополучно покинуть особняк. Ночью 22 сентября 1943 года, через 20 минут после того как Кубе лёг в постель, раздался взрыв. В «Заключении особой комиссии о покушении на генерального комиссара Кубе» последствия взрыва описаны следующим образом: «В ночь на 22 сентября 1943 года, в 0.40, в спальне генерального комиссара и гауляйтера Вильгельма Кубе взорвалась мина, у Кубе взрывом была вырвана левая часть груди и оторвана левая рука. Ранения смертельны. Его труп в полуобгоревшем состоянии был извлечён из спальни поднятой по тревоге охраной и чиновниками генерального комиссариата. Лежавшая рядом с ним жена, Анита Кубе, находившаяся на восьмом месяце беременности, не пострадала и отделалась нервным шоком. Его трое детей, которые спали в другой комнате, отделённой от спальни ванной комнатой, также не пострадали».

Немедленно был начат поиск диверсантов. По распоряжению обергруппенфюрера СС Курта фон Готтберга был оцеплен городской квартал, в котором жила Мазаник, а белорусские хиви схватили 300 мужчин, женщин и детей и расстреляли их. Это было возмездие за ликвидацию Кубе. О расстреле объявили публично. По другим данным, ещё 2000 человек были расстреляны в еврейском гетто.

Надо отметить, что в советской официальной истории операция была подана, как централизованно спланированная акция. На самом деле, всё было очень многосложно и непросто, зависело от случая. Очень плохо была налажена обратная связь и управляемость агентами. Так, начальник особого отдела партизанских отрядов Витебской области капитан НКВД Юрин направил своему начальству донесение, в котором утверждал, что убийство гауляйтера произведено его людьми. Его немедленно вызвали в Москву, арестовали и осудили на 6 лет лагерей за очковтирательство. Есть также версия, что Кубе ликвидировала группа майора Казанцева, а мину подложил Лев Либерман, который работал чернорабочим в особняком Кубе. Якобы в архивах существует отчёт о выполнении операции.

Но так или иначе, а ликвидация Кубе вызвала огромный резонанс. Уже в день убийства ТАСС, через своё женевское отделение, распространило на весь мир сообщение об успешном теракте против Кубе, впрочем, не уточняя, кто его осуществил.

На следующий день, 23 сентября в «Красной Звезде» вышла статья Ильи Эренбурга, где были и такие слова: «Он думал прожить в этой сказочной стране ещё много, много лет. Но белорусы думали иначе. Берлин кричит: «Кто убил господина генерального комиссара?» Его убил народ, и вся наша Родина прославляет неизвестного мстителя».

Церемония похорон Кубе началась 25 сентября в Минске. Коллаборационистская «Беларуская газэта» вышла в этот день с траурным сообщением за подписью Готтберга:«В результате гнусного покушения подлых еврейско-большевистских убийц пал жертвой в ночь с 21 на 22 сентября 1943 г. генеральный комиссар гауляйтер Кубе…чтим его память». Гитлер посмертно наградил Кубе Рыцарским крестом с мечами. Гроб с телом Кубе провезли на орудийном лафете по улицам Минска, а потом погрузили в самолёт и отправили в Берлин.

Марию Осипову и Галину Мазаник также вывезли на самолёте, в Москву, где 29 октября 1943 года в кабинете Меркулова им было присвоено звание Героя Советского Союза. В фильме Архипова считает незаслуженным присвоение столь высокого Помазан, полагая, что Помазан просто хиви и согласилась на осуществление теракта только под давлением и угрозами, в результате её, Архиповой оперативной обработки. Помазан, между прочим, подписала агентскую карточку в СД. Кроме того, при бегстве погиб муж Архиповой, в чём она также обвинила Помазан.

Но Сталин уже решил сделать из устранения Кубе громкую пропагандистскую акцию, а женщин-героинь сфотографировать и поместить на первые страницы газет. Потом они ездили с выступлениями по стране.
После войны Осипова вновь была назначена членом Верховного суда БССР. Мазаник окончила Высшую республиканскую партийную школу при ЦК КП(б) и Минский педагогический институт, работала заместителем директора библиотеки Академии наук Белоруссии.

В финале сериала была сыграна просто эпическая сцена. В 1970 г. на съезде комсомола Белоруссии в Минске выступали Мазаник и Осипова, хотя было известно, что они с войны ненавидят друг друга и организаторы подобных собраний старались, чтобы они не пересекались. Женщины прямо на сцене перед комсомольцами устроили драку. Роль Мазаник в зрелом возрасте исполняет Людмила Чурсина, а роль Марии Осиповой - Лариса Лужина. Сам эпизод исторический, имел место в реальной жизни.

До сих пор не стихают горячие споры, насколько необходима была ликвидация гауляйтера. Ведь после этой показательной акции, немцы расстреляли тысячи человек.

Из показаний на судебном процессе по делу о злодеяниях, совершенных немецко-фашисткими захватчиками в Белоруссии, подсудимого Эбергарда Герфа, генерал-майора полиции и бриганденфюрера СС:
"В ночь убийства Кубэ я был вызван к Готенбергу, который мне сказал, что функции генерального комиссара он принимает на себя, о чём радировал Гимлеру,что за жизнь Кубэ он безжалостно расправится с русским населением, находившемся там же начальнику СС и полиции Гальтерману, офицерам СД и мне отдан приказ произвести облавы и безжалостно растреливать... В этих облавах было схвачено и растреляно 2000 человек и значительно большее число заключено в концлагерь."

На том же судебном процессе кое-кто из преступников пытался оправдываться: дескать, если бы партизаны не убили Кубэ, то мы не убили за несколько дней 2000 минчан. На это обвинитель задал резонный вопрос:
-Ну, а операция "Волшебная флейта", во время которой было арестовано 52 тысячи минчан и большинство из них было уничтожено. Ведь вы её проводили до убийства Кубэ. А план доктора Ветцеля, начальника отдела колонизации первого политического управления по делам оккупированных восточных областей, составленный ещё до войны и который вы начали осуществлять с первого дня войны?.
Ответом было молчание".

По материалам книги И. Дамаскина "Разведчицы и шпионки"